• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
11:38 

Один раз не натурал
Наконец-то жара, и программа по уничтожению с точки зрения китайцев своей невзъебенной красоты, то бишь, бледности кожи, проходит вполне себе успешно.
Я не могу сидеть дома, я облазила весь Чинхуандао, положив на все и вся, ноги несут гулять, нарезая километраж, 3, 4, 5 часов, не присаживаясь и лишь изредка покупая воду. Вчера малость обгорела плечами, сегодня холоднее, и плеч моих солнце почти не касалось, зато шорты на прогулке творят чудеса. Другое дело, что столь белокожа, что даже подзагорев за эти три дня - выгляжу зеленоватог цвета панночкой.

12:31 

Один раз не натурал
Нарисовала вчер на паре со скуки Салли, Мэнкс и Фарфарелло, а потом кореянка 37-лет выклянчила рисунок детям показать оО Пришлось подарить.

15:34 

Один раз не натурал
Я неожиданно сварила суп мисо оО И если честно, он действительно похож на мисо, и даже получше, боюсь будет, ибо не из порошка. Просто я купила водорослей к рису, в доме неожиданно завалялся тофу, вытяжка из анчоусов и соевая паста. Ну и грибов я к рису отварила, чего б мисо не сварить)
Блин, что я в России делать буду, там в холодильнике вытяжка из анчоусов не валяется просто так. Надеюсь, я там ненадолго.

17:03 

Один раз не натурал
Тишина - это наслаждение, способное довести до астрального оргазма. Где-то далеко надрывается китайская песенка, шумит ноут, и больше никаких звуков.

16:48 

Один раз не натурал
Когда проходя в центре города мимо мужика, самодельной метлой из корявых прутьев зачем-то обмахивающего недавно покрашенный синей краской покосившийся забор, ты думаешь о том, как невероятно, феерически ты любишь Китай - по-моему, это диагноз)

16:44 

Один раз не натурал
Где моя лаоши, утопавшая без ключей? Я все еще грежу о блине с тофу, записку ей оставлю накройняк, ну что ж без ключей-то ходить...))))

16:26 

Один раз не натурал
Китайцы - очень нелогичная нация. Турсезон начался, а со мной, вопреки всем предреканиям и прогнозам все резко стали говорить по китайски. Ни по-английски, ни жестами, а по-китайски, причем так бодро, радостно, и все без исключения: мужик, которому я плачу за телефон, продавцы фруктов, тетки в магазинах, где я до этого вообще не была, причем зазывают, у нас типа распродажа, заходите, бла-бла-бла, и не делают испуганные глаза, когда им что-то отвечаешь. Почему еще пару месяцев назад у них глаз выпадывал, когда ты спрашивал, сколько стоят, допустим, туфли???
Мне порой искренне кажется, что на все их миллиардное население - у них общий вид мозга, и стоит хотя бы одному китайцу в задрипанном магазинчике,где ты покупаешь воду, понять, что с тобой можно объясняться с помощью их родного языка, как в какой-нибудь богом забытой деревушке на другом конце Китая, какая-нибудь крестьянка автоматически будет знать, что конкретно этот человек с конкретно этой лаовайной физиономией, поймет тебя, если не махать руками, а попытаться просто сказать.

13:40 

Про размеры. Шмоточное.

Один раз не натурал
Я одного понять не могу, почему обувь 39-го размера, купленная в Китае, мне по размеру, а в России - вечно жопа какая-то... А вы все "китайские маломерки, китайские маломерки..."

С размерами у меня вообще все интересно: юбки у меня 42, джинсы 44, а шорты 46. Причем из одного магазина. оО
Майки же у меня от XS до XL, но это хотя бы объяснимо моим художественным замыслом, и, соответственно, желанием вещи свободной, обтягивающей, или болтающейся как на вешалке.

Хочется есть. И цифра 60, ну, хотя бы 61 недавней реальностью и вожделенной мечтой маячит перед глазами. Схожу после шести, блин куплю с тофу и огурцом.

13:00 

Поиск беты

Один раз не натурал
Ищу бету для первой части долго, вдумчиво и неторопливо пишущегося макси-фика по Weiss Kreuz. Основной пейринг фика - Кройфорд/Шульдих, Ая/Хлоэ. Основной пейринг первой части Хлоэ/Шульдих, время первой части - полный доканон, соответственно, все возможно, рейтинг всего фика - нца, конечно, примечание - Хлоэ в детстве тоже жил в Розенкройц.

Писать в умыл, если кого заинтересует) В основном нужна вычитка опечаток, ибо глаз замылен, но и дельным советам буду рада.



Отрывки текста прилагаются

17:08 

Лингвистически-ботаническое

Один раз не натурал
Вот у них легкий, отдохнувший - это молодая сосна - 轻松 - qīngsōng.
А у нас - как огурец:)

10:03 

О странностях

Один раз не натурал
Все люди, как люди, а я во сне совсем, абсолютно и безоговорочно не реагирую только на 2 звука: храп и воздушную тревогу.
*по крайней мере, учебную*

18:08 

Один раз не натурал
Я полна воды. Я боюсь ее расплескать. Внутри меня живут бабочки и осы. Внутри меня есть озеро, вокруг которого растут деревья, похожие на лианы, и в их прохладных листьях запутались невиданные цветы. Но главное - это бабочки. Они красивые и умеют жить в воде. Эта вода живая. Её много. Я боюсь ее расплескать.
Я коробка с телефонами. Старыми, черными. Телефоны все время звонят, но некоторые молчат. На самом деле звонят новые телефоны, а старые просто так, для красоты. Но когда начинают звонить старые - их дребезжащее треньканье сливается в прекрасную мелодию. Когда звонят новые телефоны - я боюсь. Они обезличенные, и звук у них сухой и искусственный, даже если притворяется красивым. В их звонках тоска, тревога и пасмурное небо. В звонках старых телефонов - пыль и солнце. Старые телефоны живые.
Я - маленькая табакерка. Красная, с резной крышечкой. Бока инкрустированы крошкой желтых камешков. Может быть, эти камни были драгоценными, и задыхались в гранитных недрах, а может, лежали на пляже и слушали плеск воды, и их соседями была гладкая галька, и босые детские пятки. Главное, чтобы это был не янтарь. Он душит. Он сжимает горло, камнем ложится на грудь, и тянет под воду. Я не боюсь янтаря, но я бы не хотела к нему прикасаться. Внутри меня красный бархат и резное темное серебро. А табака почти нет, меня не открывают. Но я помню его аромат, удушливый и по-своему сладкий, он дурманит, горчит на запах, но не держит за горло. Он легкий. Он просачивается сквозь меня. Он сладкий, если его касаться. Я думаю, что во мне можно было бы хранить чай. На мой крышечке налет пыли.
Я пистолет. Гладкий, черный. Я не знаю, есть ли во мне патроны. Я не знаю, настоящий ли я пистолет, но выгляжу как настоящий. По ночам мне снится запах сырого пороха и пиратские драки. Во сне я злюсь, что порох сырой. Сухой порох, наверное, пахнет горечью, а патроны - никелированной стали. Я не знаю, как пахнут патроны, но чувствую себя опасным. Мне все равно, но я чувствую чужой страх или опасение. Обо мне не думают, но мечтают. Все, кто мечтает - тоже видят сны о пиратских драках. Еще есть те, кто хотел бы иметь что-то подобное. Просто они бояться нечто подобного и хотят защититься. Они неприятны. Они похожи на опарышей.
Я ветряной колокольчик. Когда меня целует ветер - я начинаю петь. Когда меня толкают люди - я начинаю плакать. Дети дергают меня и мне больно, а пальцы взрослых обращаются со мной, как с игрушкой. Когда затихают звуки, и ночь мурлыкает по углам, я тихо позваниваю - это стучит мое сердце. Когда шумит дождь, я нежусь в его запахе, я растворяюсь в его звуке, я не могу оторвать глаз от капель, разбивающихся о землю и воду. Иногда мне кажется, что вдалеке шумит море. Я даже чувствую его запах. Мне кажется море пахнет бамбуком. Но это неправда. Дождь говорил, что море пахнет морем. Я не знаю, как пахнет бамбук. Я из металла. Все, чего я хочу, чтобы меня не толкали люди, ветер был нежен, а море пахло бамбуком. Дождь шумит, и я счастлив. Солнце после дождя пахнет листьями и цветами. Но люди не любят дождь и ветер, а без них солнце пахнет пылью, и мучительно жарко греет, так, что я перестаю звенеть. Иногда меня вешают под деревянный навес. Он пахнет тенью и чем-то завораживающе-горьким. Тогда я звеню иначе. Иногда мне кажется, что я сплю. Во сне мне снится море.

16:44 

Один раз не натурал
Нет никаких рецептов, есть просто мгла, сияющая бездна над темнотой долин, бескрайнее море, потопившее все слова похвальбы, веры, так придающей сил, отчаяния, умиления, гнева, зла, жизни, праха, забвения или славы, все останется лишь песней ветра, листком бумаги, засохшей лавой, бестолковым преданием, рассыпчатым, как зола. Устрицы плачут жемчугом, а человек слезами, а мгла смеется пригоршнями Леонид, хвостами комет, не думает, не грустит, лишь лениво взирает на пыль под ее ногами. Нет никаких рецептов, ни лекарствами, ни словами не утолить жажды солнечного тепла, цепляясь безумно за отражения в лужах и витражах, за цветы и мягкость собачьей шерсти, за тепло костра, догорающего дотла, за жаворонков в межах, за ступени лестниц, мамины песни, за ладошку, прижимаемую к губам, за дом лесника, палатку и Нотр-Дам, за пыль чердаков и стоптанные сандалии, за раков в пиве и омаров из "El Bulli", за Вирджинию Вульф, Набокова и стихи, случайно написанные чьей-то дочерью на вокзале. Нет никаких рецептов, разбрасаны на земле пятна желтого солнца и перья беспечной птицы, апрель устает и тень от листвы ложится на белую скатерть темным кружевом поутру, и уличный мальчишка себя гладит по животу, он знает, что с ним еще сотню лет ничего не случится. И молодая мама вяжет тысячные носки из собачьей шерсти, и бабушка режет булочку за столом, точно зная, что ты убежишь потом, и, видимо, до вечера не наешься, и папа пахнет бензином, а дедушка им пропах, тетя под пионами ест черешню, читает книгу, а ты уложив кошку в коляску спать так безумно рад, что с тобой отпускают гулять столь родную псину, при виде которой почему-то все своих болонок ведут домой, и солнечный свет сквозь сиреневые шторы течет рекой, и по радио говорят, что кто-то приехал в Ригу...

15:17 

Чернота

Один раз не натурал
Тишина комнат порождает стук сердца, расплетаются нити и тени, и темнота становится мягкой как вата, и нервно подрагивают очертания, призрачные в черных оттенках мглы. И пятна света, и неровные вспышки, проскочившие внезапно - пугают, заставляют вздрагивать, и сумбурные детские воспоминания мягкими кошачьими лапами касаются твоего сердца, и убегают, оставив чернеющие следы. Все путается и искрится, и комнатные тени проступают сквозь закрытые веки, отчетливо, сантиметр к сантиметру, краешек к краешку, все точь в точь, если бы глаза были открыты, и лишь туманная муть пеленой стоит перед глазами, сизая, скользкая, и кошачьи лапы вязнут в ней, так им и надо, бесшумным, пугающим, внезапным, несущими путаницу и черноту.
Сизая муть сгущается, холодная, киселеобразная, все с тем же водянисто-малиновым привкусом, запахом, по каплям просачивается в рот, впитывется в кожу, и там вязко течет, холодная и густастая, заставляет терять равновесие, роняет, топит, склеивает волосы в мокрые тяжелые пряди, тянет вниз, льется в нос, в уши, искажает и без того неровные тени, стирая все краски, всю черноту и пятна, оставляя лишь сизь, бесцветье, водянистый прохладный малиновый кисель, холодное влажное облако. Все движения замедены, растянуты, и даже падение вязкое и холодное.
И темнота врывается внезапно, резко, разорвав все эти призрачные влажные колебания, и в одно мгновение проглатывает тебя.


Утром об этом не помнят.

21:36 

Один раз не натурал
Вот смотришь в соцсетях на своих одноклассников, вот кто-то женился в очередной раз, красивый такой, важный - сейчас лопнет, и жена у него красивая, и пофиг что фотки в пору на школу уродов по идее исполнения, так вот, а ты помнишь, что у него в первом классе уши немытые были.

15:50 

Один раз не натурал
Между тем, чтоб не поспать днем и сдохнуть и тем, чтобы поспать днем и проснуться с головой мартовского зайца такой нелегкий выбор.

13:59 

Сакура

Один раз не натурал
Не верьте ни одной фотографии сакуры. Ни одна фотография не в состоянии передать этой красоты. Ни одни слова, какими бы пафосными, утонченными, талантливыми или грубыми были - не способны описать всю прелесть этих нежых цветов, все оттенки, все тончайшие прожилки, сухие сероватые ветви. Не увидев самому эти кусты и деревья, не постояв меж ветвей, не попытавшись запомнить навсегда каждый цветок, каждый бутон, со всех его ракурсов - не понять до конца, почему же ей любуются так, почему же столько восторжных слов она вызывает.

Мне пел сегодня пожилой китаец, об этих деревьях, пел чисто, красиво, и, главное, каждые слово его было пропитано любовью к этим деревьям, к их цветам, и их месту в сердце, к собственной культуре, которая где-то еще существует в глубине, пел какую-то народную песню, и я поняла от силы несколько процентов слов, но это неважно, песня текла из его сердца в мое. Обычный, ничем ни примечательный китайский почти дедушка, он увидел, что я фотографирую, и улыбнулся: не как китайцы это обычно делают: смущенно, испуганно, удивленно, и прочее, и прочее, сегодня я этих улыбок и вытаращенных глаз насмотрелась, турсезон начинается. Нет, улыбнулся просто как человеку любующемуся тем, что видимо, дорого и его сердцу. Он подходил, и уже начинал петь, ступая медленно, словно крадучись, и каждый его шаг сливался с его пением, и он гладил с любовью деревья, и пел, пел, впервые, чего уж греха таить, я искренне наслаждалась китайским пением, тем более народных песен. Уважала , ценила, но никогда оно не затрагивало настолько мое сердце.
Я поблагодарила его потом, но ему это тоже было уже не особо важно. Он пел, пусть и мне, но прежде всего для себя и прежде всего себе, прежде всего - этим деревьям, прежде всего - этому вечеру, солнцу, туманному мареву, бело-розово-малиновым лепесткам, уже начинающим опадать на желтую землю.
А что я могла ему сказать еще, кроме благодарности, и того что очень красивая песня? Я и на родном языке не нахожу слов, вылепливаю из речи убогую копию увиденного, не смотря, что текстописание - все еще моя профессия. Что уж говорить о китайском? Боюсь в той песне, что пел он сегодня, все сказано лучше, чем отныне возможно.

@настроение: обычный солнечно-туманный вечер

@темы: Китай

00:09 

Ползу по швам

Один раз не натурал
Что со мной?

23:41 

Деду

Один раз не натурал
А что там было? Розовые окна и ничего? Я думала о тебе, я думала ты - где-то там, в небе утреннем, девственном, без вестей, я думала, ч то рядом с тобой - облака. Я думала - пару годов назад, что можно отплакаться и вернуться, и ничего, я неосознанно иду по твоим стопам, и не вижу смысла ни в чем и ни для кого. Но это все мелочи. Как ты там, хорошо? Я глотаю твои воспоминания, как молоко. И можно было бы солгать, что тебя нет там, и нет "там", и я не верю. но все же верю, ты прости меня, ничего?
И каждый раз видя розовизну небес, и каждый раз слыша плеск все повидавших волн, я сердцем чувствую, да, ты все еще здесь, да ты все еще рядом со мной, ничего?
Ты прости меня, ты не покидай меня ни за что, я глотаю воспоминания о твоем детстве, как бальзам, как жаль, что ты мне и не рассказал так, что было там, в городе сопок и скал, и океана хмурого, ну и что.
А я думаю, вот незадача, о тебе каждый день, каждый час, и маленький китайский порт, как пульс - мыслею о тебе, и где-то с ботинок осыпается морской песок, и мне хорошо, и корабли на рассвете на рейде, пятьдесят лет назад ты здесь стоял же и что, я покидаю твои воспоминания, ничего,? Наполняя этот город мыслями о себе.
Ты же простишь меня, да, ничего?
И звук ломаной китайской речи из твои уст, и мне ровно пять, и счет без тонов ровно до десяти, и ловлю, словно в те пресловутые пять, твой бирюзовый взгдяд, и смеюсь, и не верю, что что-то там считается на куски, и что бы разрезать грейпфрут - впервые хватаюсь за ножа грубую рукоять, и режусь, и скрываю от тебя капли крови, пока ты спишь. А ты просыпаешься и говоришь:
- Ты на сквозняке не сиди.
И через двадцать лет - твой голос болью в груди. Хотя двадцать лет - лишь годов бесполезных вязь.
Я выросла, а ты где-то там, где дышать на раз-два и "щас!", где никакой одышки, где твой смех и раз! - 89-какой-нибудь, и мне три, и нас, ты везешь куда-нибудь за город, и земляничный глас уже преследует в таком долгом - 10 км - пути.
А теперь тебя не дозваться, как ни зови. А ты улыбаешься, я чувствую, ну и что, и я вижу твою улыбку в каждом отблеске азиатской зари, в каждом из тех, кто не может пить молоко, кто рукой по волосам проводит в растерянности, и что? Тебя не станет от этого больше, как ни крути.

22:45 

Деду

Один раз не натурал
Я перестала плакать о тебе.
Я не перестала плакать о твоей молодости.
)))

@музыка: Розенабаум - Флагманский марш

Паром на Цусиму

главная